Новое в работе благотворительного детского магазина

С 2018 года в работу благотворительного детского магазина внесены изменения – приём малообеспеченных семей проводится дважды в неделю. Для мам, имеющих младенцев (до 1,5 лет), осуществляется приём по ВТОРНИКАМ в «День младенца» с 10 по 15 часов по предъявленному паспорт у и свидетельству о рождении ребёнка. «Общий приём» из малообеспеченных семей, поставленных на учёт в Фонде, теперь по определённым СУББОТАМ для ростовчан, а для иногородних — любая одна суббота также с 10 до 15 часов.

Подробней>>

Добрые дела ростовчан

Ребятам из ростовского центра помощи несовершеннолетним детям, оставшимся без попечения родителей №7 адвокат Асламазов Артур Андреевич, постоянно оказывает финансовую помощь...Читать далее>>

Даниле Монмарь – 10 лет и он с рождения страдает заболеванием ДЦП. Уже не в первый раз для его лечения добрые люди жертвовали денежные средства...Читать далее>>

Благодетели из общественно-торгового центра «Восход» уже не в первый раз оказывают значительную помощь детям. Ранее они привезли для ребят новые игрушки из закрывшегося магазина «Игрушек»...
Читать далее>>

Ученики ростовской средней школы №1, участники детского объединения «Добрые сердца», продолжили благотворительную акцию «Рождественский перезвон»...
Читать далее>>

Ежегодно коллектив книжного магазина «Глобус», что на Большой Садовой, участвует в акции «Рождественский перезвон».
Читать далее>>

Электронная почта

Вы можете задать вопрос или отправить сообщение
Elizavet50@yandex.ru, fond-elizaveti@rambler.ru

Реквизиты

Получатель:

Негосударственный благотворительный детский фонд имени Великой княгини Елизаветы Фёдоровны Романовой

ИНН 6163021745 КПП 616301001 ОГРН 1026103177000
Филиал «Южный» Банка ВТБ (ПАО) г. Ростов-на-Дону
БИК 046015063 корр.счёт 30101810160150000063
Счёт 40703810900230000037

Расправа



Расправа

Убийство семьи Романовых и их родственников тщательно готовилось, и было неизбежно. Ленин издавна был полон ненависти к Царской Семье по идейно-классовым и лично-семейным побуждениям. Задолго до революции он охотно говорил об «отрубании» голов «Романовым», причем не одному монарху с супругой, а «сотне». Оценивая действия Ленина по организации убийства бывшей Царской Семьи, Троцкий, высказался прямо и не двусмысленно: « По существу, решение было не только целесообразным, но и необходимым. Суровость расправы показывала всем, что мы будем вести борьбу беспощадно, не останавливаясь ни перед чем. Казнь царской семьи нужна была не просто для того, чтобы встряхнуть собственные ряды, а показать, что отступления нет, что впереди полная победа или полная гибель. Возможно, что у Ленина, помимо соображения о времени («не успеем» довести большой процесс до конца, решающие события на фронте могут наступить раньше), было и другое соображение, касающееся царской семьи. В судебном порядке расправа над семьей была бы, конечно, невозможна. Царская семья была жертвой того принципа, который составляет ось монархии: династической наследственности». (Троцкий Л. Дневники и письма. М. 1994. С.118-119). Обратим внимание на заключительную часть его тирады: необходимость, а значит – неизбежность внесудебной расправы. Ленин так и действовал. Не очень спеша, но и не откладывая в долгий ящик, вершил задуманное. Действовал он чрезвычайно скрытно, стремясь не оставить следов личного участия в кровавом преступлении. В начале 1918 года он говорил, что время для суда и даже формального юридического следствия еще не настало, но все же поручил начать сбор материала. Вплоть до лета 1918 года он продолжал говорить об этом. Что мог дать суд над Николаем II, если бы его организаторы руководствовались юридическими нормами и действовали открыто? Ничего. Смертный приговор вынести бы не удалось. А если бы удалось – ему одному, - то, как следовало бы поступить с его Семьей, «сотней» голов Романовых, десятками великих князей и князей романовской крови, среди которых были офицеры, ученые, поэты, с их детьми? Нет, тут нужна была расправа, по возможности производимая на местах, под предлогом опасности похищений, освобождения арестованных, «сложности обстановки». Вывезенная, еще по приказу Временного правительства в Тобольск, царская семья, в конце апреля была вывезена на Урал в Екатеринбург. Выбор был сделан не случайно, ведь Я.М.Свердлов был одним из уральских лидеров, знал лично местное советско-партийное руководство и имел давние связи с уральскими большевиками, а Ш.И.Голощекин фактический лидер уральских большевиков, был личным другом. Интересы общепартийного и местного уральского руководства в лице В.И.Ленина, Я.М.Свердлова, Ш.И.Голощекина, П.Л.Войкова, Я.Х.Юровского и других были едины, питавшие особо острую ненависть к царизму и Романовым. В специально созданную «тройку» по делу Романовых включили Ш.И.Голощекина, П.Л.Войкова и Б.В.Дидковского. Поэтому в феврале 1918 года в Пермь был доставлен брат Царя, Михаил Александрович, а позднее в Екатеринбург Великая княгиня Елизавета Федоровна с ближайшими Царскими родственниками, которые затем были перевезенны в Алапаевск. При перевозке Николая II в Екатеринбург центральная и уральская большевистская власть планировали убийство совершить в дороге, под предлогом, что бывший царь Романов собирается удрать за границу с помощью меньшевистско-эсеровской властью Тобольска и черносотенцев, съезжавшихся вокруг него.

На заседании президиума исполкома облсовета были предложения о крушении поезда при переезде, или устранение охраны. Белобородов А.Г., ближайший соратник Ш.И.Голощекина, писал: «Мы считали, что, пожалуй, нет даже необходимости доставлять Николая в Екатеринбург, что если представятся благоприятные условия во время его перевоза, он должен быть расстрелян в дороге». Доставка царской семьи была поручена В.В.Яковлеву (подлинное имя – К.А.Мячин), одному из руководителей уральских боевиков в первой русской революции, участнику большевистских экспроприаций с убийствами в последующие годы, активному участнику Октябрьского переворота 1917 года. Он был хорошо известен В.И.Ленину и Я.М.Свердлову. Возвращаясь из Москвы в апреле 1918 года, Мячин зашел к Свердлову, старому революционному сподвижнику и неожиданно получил задание, связанное с судьбой Семьи Николая Романова. В личном разговоре Я.М.Свердлов, как старый конспиратор, говорил о сложности обстановки и намекал на возможность кровопролития, которого, однако, бояться не чего. А выданный мандат на имя Яковлева, за подпись В.И.Ленина и Я.М.Свердлова, гласил, что он является чрезвычайным комиссаром для выполнения специального поручения и все обязаны беспрекословно выполнять его распоряжения. За невыполнение их ему разрешалось применять силу, плоть до расстрела. Казалось бы, что для перевоза Семьи Романовых подобран умелый и преданный человек, однако, на всякий случай велась двойная переписка с Уралсоветом , прямые переговоры с Дидковским, не способствовавшим выполнению данного Яковлеву задания. Более того, ему всячески мешали «доставить груз живым», как он обещал. Прибыв в Тобольск Мячин посетил дом Свободы ( бывший губернаторский дом), где размещалась семья Николая Романова и его сопровождающие лица - Татищев, Долгоруков, Шнейдер, Гендрикова, Жильяр, Гиббс. Вот как описывается его визит: «…Тов. Яковлев со всеми поздоровался и спросил Романова: - Довольны ли Вы охраной? Нет ли претензий? – На что Николай, потирая руки и глупо улыбаясь, ответил: - Очень доволен, очень доволен. Комиссар изъявил желание посмотреть Алексея. Николай замялся.

-Алексей Николаевич болен.- Мне необходимо посмотреть его, - упорствовал комиссар. – Хорошо, только разве вы один, - согласился Романов. Алексей действительно оказался сильно больным от кровоподтека наследственной болезни рода Гессенов. Желтый, испитый мальчик казался уходящим из жизни. Бывшая царица на этот раз не была готова к посещению. Тов.Яковлев посещал (ее) после один: Александра, выступая по-царски, с величием встретила его, любезно отвечая на вопросы и часто улыбаясь. Алексея еще раз посетили.» (ГАРФ, Ф. 601. Оп.2 д.33, л.54.) Мы можем только догадываться, почему не выполнил Мячин намек московского руководства и решительно противодействовал попытке уральских товарищей расправиться с царской семьей в дороге. Может в его сердце, отозвалось сострадание при виде беззащитной семьи с больным мальчиком, юными девушками и стареющими родителями, а может, он не захотел брать грех на душу? Но то, как он провел операцию по перевозке Николая Романова с супругой и дочерью Марией в Екатеринбург и передал их живыми под расписку представителю областного Уральского совета Белобородову и Дидковскому, делает ему честь как порядочному человеку. Судьба Мячина К.А. трагична – его обвиняли в предательстве, в попытке похитить царя, его ненавидели и красные, и белые, но в искренности и преданности его идеям стремления к свободе и демократии нельзя сомневаться. И именно благодаря нему была предотвращена первая попытка убийства царской семьи. Однако расправа над Романовыми началась – первым был похищен из гостиницы в Перми и тайно расстрелян в лесу брат царя – великий князь Михаил Александрович Романов.

Во второй половине мая из Тобольска были перевезены остальные члены семьи – Алексей, Ольга, Татьяна и генерал И.Л.Татищев, которому родителями при отъезде была поручена опека над ними и многие другие, которых затем рассортировали – часть пропустили жить с царской семьей, часть посадили в тюрьму, а остальную, большую часть не пустили в Екатеринбург. Несмотря на то, что старшая сестра императрицы Елизавета Федоровна была помещена в женский монастырь Екатеринбурга, сестрам так и не дали возможность увидеться и поддержать друг друга в труднейшее время гонений. Их жизни были прерваны фактически одновременно в ночь на 17 и 18 июля. Страшно описывается соучастником убийства это событие. Из воспоминаний охранника А.Стрекотина: «Ко мне вниз опять спускается тов.Медведев берет у меня обратно наган и уходит. Уходя от меня я его спросил «что все это значит» он мне сказал «что скоро будет расстрел». После этого я взволновался и почему-то мною овладела боязнь и жалость, к ним, то есть к царской семье. Вскоре вниз спускаются Медведев, Окулов и еще кто-то не помню… По моему телу пробегают мурашки, я теперь знаю, что будет расстрел…». «… Наконец слышу шумные шаги, - продолжает он свои воспоминания, - и вижу спускается вниз вся семья Романовых… Когда их ввели в комнату, то той же минутой вышел обратно Окулов, проходя мимо меня он проговорил «еще стул понадобился» видно умереть-то на стуле хочется. Ну что уж придется видимо принести. Юровский скорым движением рук показывает арестованным, как нужно становиться, а тихим и спокойным голосом говорит «пожалуйста становитесь вот так в ряд», но все это происходило необычайно скоро. Арестованные стояли в два ряда… Наследник сидел на стуле. …Тов.Юровский начал читать… …Он прочитал, что-то вроде, как «Ваши родственники мешают Вам жить и идут войной, а потому Ваша жизнь покончена», но он не закончил еще чтение, как царь переспросил «как, я не понял, прочтите еще», тогда товарищ Юровский стал читать вторично и при его последних словах «Ваша жизнь покончена» сойкало несколько голосов и даже царица и старшая дочь Ольга пытались перекреститься, но не успели. С последними словами «Ваша жизнь покончена» тов.Юровский мигом вытащил из кармана револьвер и выстрелил в царя. Последний от одного выстрела моментально свалился с ног. Одновременно с выстрелами тов.Юровского начали беспорядочно стрелять и все тут присутствующие. Арестованные уже все лежали на полу истекая кровью, а наследник все еще сидел на стуле. Он почему-то долго не упадал со стула и оставался еще живым. Впритруть (в упор) начали ему стрелять в голову и грудь, наконец, и он свалился со стула. С ними вместе были расстреляна и та собачка, которую принесла с собой одна из дочерей. По лежащим трупам было сделано еще несколько выстрелов (по словам товарищей из команды, стрельба была слышна всем постовым, находящимся на постах). Затем по приказанию тов.Юровского стрельба была прекращена.» Как далее свидетельствует Стрекотин: «… комната была сгущена дымом и запахом. Были раскрыты все внутренние двери для того, чтобы дым разошелся по помещению. Принесли носилки, начали убирать трупы. Первым на носилку положили царя. Я помог его вынести… Стали ложить одну из дочерей царя, но она оказалась живой, вскричала и закрыла лицо рукой. Кроме того, живыми оказались еще одна из дочерей и та особа, дама, которая находилась при царской семье. Стрелять в них уже было нельзя, так как двери все внутри здания были раскрыты, тогда тов.Ермаков видя, что я держу винтовку со штыком, предложил мне доколоть этих еще оказавшихся живыми. Я отказался, тогда он взял у меня из рук винтовку и начал их докалывать. Это был самый ужасный момент их смерти. Они долго не умирали, кричали, стонали, передергивались. В особенности тяжело умирала та особа – дама. Ермаков ей всю грудь исколол. Удары штыком он делал так сильно, что штык каждый раз глубоко втыкался в пол. Один из расстрелянных мужчин видимо стоял до расстрела во втором ряду и около угла комнаты и когда их стреляли он упасть не мог, а просто присел в угол и в таком положении остался умершим». Зверски в подвале Ипатьевского дома были убиты Николай Александрович Романов, его супруга Александра Федоровна, их дети Ольга, Татьяна, Мария, Анастасия и Алексей; врач Боткин Евгений Сергеевич, Демидова Анна Степановна – прислуга, Харитонов Иван Михайлович – повар и Трупп Алоизий (Алексей) Егорович – камердинер.

В ночь на 18 июля были привезены к заброшенной шахте близ Алапаевска великая княгиня Елизаветы Федоровна, преданная ей до гроба, келейница Варвара, великие князья Сергей Михайлович, Иоанн, Константин и Игорь Константиновичи, князь Палей. Здесь их стали избивать прикладами, а Сергея Михайловича застрелили в голову. Но первой в провал шахты была сброшена живой великая княгиня Елизавета Федоровна, а затем стали сбрасывать и остальных. Чтобы скрыть свое злодеяние убийцы стали бросать в шахту гранаты, камни. Провал завалили деревьями. Но случайный свидетель этой трагедии, местный крестьянин, который в течение трех дней прятался в оцепленном красноармейцами лесу, слышал звуки христианских песнопений и переговоров умирающих.

Не менее бесчеловечно поступили убийцы и с телами екатеринбургских мучеников. В течение трех дней и ночей они метались, не зная как спрятать, сокрыть страшное преступление. Сначала тела были сброшены в заброшенную шахту, но видимо, земля горела под ногами убийц и они, потревожив покой убиенных, стали сжигать их останки на кострах, использовать серную кислоту, лихорадочно менять их места погребений, заметая следы кровавого преступления. Страшно читать свидетельства об убийстве невинных людей, но еще страшнее читать о посмертных издевательствах над их телами этими чекистами-нелюдями.

В конце 1918 года были расстреляны еще четыре великих князя, находившихся под арестом в Петропавловской крепости Петрограда.

Боясь народного гнева, большевики, долго скрывали правду об убийстве Царской семьи. Подтверждая расстрел Николая II, они в то же время говорили, что императрица с детьми жива и находится в безопасном месте.

Память о жутком злодеянии сохранилась в народе, который стал стекаться к ипатьевскому дому – дому особого назначения. Даже в 1977 году память о совершенном преступлении страшила власть и они ночью снесли здание, как место поклонения царственным мученикам.