Бесплатный детский магазин

Вот уже 13 лет при фонде работает благотворительный детский магазин. Многое изменилось за прошедшее время – сама жизнь диктует новые условия его деятельности. Поэтому с 2016 года введён порядок постановки на учёт малообеспеченных семей Ростова. В течение декабря и января желающие стать на учёт предоставляли комплект документов на рассмотрение...

Подробней>>

Электронная почта

Вы можете задать вопрос или отправить сообщение
Elizavet50@yandex.ru, fond-elizaveti@rambler.ru

Реквизиты

Получатель:
Негосударственный благотворительный детский фонд имени Великой княгини Елизаветы Федоровны Романовой
ИНН 6163021745, КПП 616301001

Банк:
Филиал «Южный» Банка ВТБ (ПАО) г. Ростов-на-Дону
БИК 046015063
№ счета: 40703810900230000037
к/с: 30101810160150000063

Добрые дела ростовчан

Благодетели из общественно-торгового центра «Восход» уже не в первый раз оказывают значительную помощь детям. Ранее они привезли для ребят новые игрушки из закрывшегося магазина «Игрушек»...
Читать далее>>

Ученики ростовской средней школы №1, участники детского объединения «Добрые сердца», продолжили благотворительную акцию «Рождественский перезвон»...
Читать далее>>

Ежегодно коллектив книжного магазина «Глобус», что на Большой Садовой, участвует в акции «Рождественский перезвон».
Читать далее>>

К 90-летию со дня гибели …. Царская семья


Дети…

Из воспоминаний П.Жильяр: «Отношения дочерей к государю были прелестны. Он был дня них одновременно царем, отцом и товарищем. Чувства, испытываемые ими к нему, видоизменялись в зависимости от обстоятельств. Они никогда не ошибались, как в каждом отдельном случае относиться к отцу; их чувство переходило от религиозного поклонения до полной доверчивости и самой сердечной дружбы. Он был для них то тем, пред которым почтительно преклонялись министры, великие князья и сама их мать, то отцом, сердце которого с такой добротой раскрывалось навстречу их заботам или огорчениям, то, наконец, тем, кто вдали от нескромных глаз умел при случае так весело присоединиться к их молодым забавам». Великие княжны писали письма и Александре Федоровне и Николаю II. В письмах великих княжон к Николаю II было больше игры и меньше исповедальности, чем в письмах к Александре Федоровне. Самые игривые письма присылала Анастасия: «Мой золотой, хороший, дорогой папа! Мы только что пообедали. Так что я посылаю тебе мою красивую открытку. Уверена, что тебе понравится. Сегодня я сидела с нашим солдатом и помогала ему читать, что Меня очень порадовало. Он здесь начал учиться читать и писать. Еще двое бедняг умерли. Мы сидели с ними только вчера. Ольга толкает Марию. И Мария кричит, как идиотка. Дракон и большая идиотка. Ольга еще раз посылает тебе поцелуй. Я уже умылась и должна теперь идти в постель. Кончу это письмо завтра. Приветствую ваше императорское величество! Доброе утро! Иду пить чай. Я спала хорошо без мама и сестер. Теперь у меня русский урок. Петр Васильевич читает Тургенева «Записки охотника». Очень интересно. Желаю тебе всего лучшего, 1 000 000 поцелуев. Твоя преданная и любящая дочь, 13-летняя раба Божия Анастасия. Храни тебя Бог».

Скромность во всех привычках была отличительной чертой воспитания царских детей. Они были очень просты в своей одежде. Так что Алексей, например, донашивал старые ночные рубашки своих сестер. Даже до революции великие княжны никогда не имели собственных комнат: в Александровском дворце в Царском Селе у них было две спальни, в которых девочки жили по двое. Сначала войны их величества еще более упростили свой и без того простой образ жизни, посвятив себя исключительно работе. Государь лично потребовал, чтобы, ввиду продовольственных затруднений, был сокращен стол. Ее величество, в свою очередь, сказала, что ни себе, ни дочерям не сошьет, ни одного нового платья, кроме форм сестер милосердия. Все личные деньги их величеств, шли на благотворительность.

Великие княжны воспитывались в строгих требованиях внимательного отношения к каждому человеку, а не в заносчивом сознании своих превосходств и высокого положения, Государь всегда повторял: «…Чем выше человек, тем скорее он должен помогать всем и никогда в обращении не напоминать своего положения; такими должны быть мои дети!» Несмотря на окружавшую царскую семью гнилую и богоотступническую знать, дети царственной семьи Романовых – великие княжны Ольга, Татьяна, Мария, Анастасия и наследник цесаревич Алексей выросли верующими и богобоязненными. Их царственный отец заботился о том, чтобы их воспитание было похожим на его собственное, чтобы к ним не относились, как к тепличным растениям, а давали им делать уроки, учить молитвы, играть в игры и даже умеренно драться и шалить. Таким образом, они росли нормальными, здоровыми детьми в атмосфере дисциплины, порядка и почти аскетической простоты.

Как вспоминал воспитатель детей П.Жильяр: «…Старшая, Ольга Николаевна, обладала очень живым умом. У нее было много рассудительности и в то же время непосредственности. Она была очень самостоятельного характера и обладала быстрой и забавной находчивостью в ответах. Вначале мне было не так-то легко с нею, но после первых стычек между нами установились самые искренние и сердечные отношения. Она все схватывала с удивительной быстротой и умела придать усвоенному оригинальный оборот. Я вспоминаю, между прочим, как на одном из наших первых уроках грамматики, когда я объяснял ей спряжения и употребление вспомогательных глаголов, она прервала меня вдруг восклицанием: «Ах, я поняла, вспомогательные глаголы – прислуга глаголов; только один несчастный глагол «иметь» должен сам себе прислуживать!». Самый близкий царской семье человек – А.А.Вырубова писала: «…Ольга Николаевна была замечательно умна и способна, и учение для нее было шуткой, почему она иногда ленилась. Характерными чертами у нее была сильная воля и неподкупная честность и прямота, в чем она очень походила на свою мать». «Ольга Николаевна – самая светлая из всех. У нее были чудесные глаза, голубые. И она вся была видна в ее глазах. Она была справедливая, прямая, честная, простая, добрая, откровенная. Она была вспыльчива и имела несколько жесткие манеры. В ней чувствовался честный человек. Она была отличный музыкант. В этом она имела способности… Она любила скромность и в костюмах и не занималась собой или мало занималась. Душой она больше походила на отца. Она была очень религиозна».

Вернемся к воспоминаниям П.Жильяр: «…Вторая дочь, Татьяна Николаевна, от природы скорее сдержанная, обладала волей, но была менее откровенна и непосредственна, чем старшая сестра. Она была также менее даровита, но искупала этот недостаток большой последовательность. И ровностью характера. Она была очень красива, хотя не имела прелести Ольги Николаевны. Если только императрица делала разницу между дочерьми, то ее любимицей была Татьяна Николаевна. Своей красотой и природным умением держаться она в обществе затемняла сестру, которая меньше занималась своей особой и как-то стушевывалась. Тем не менее, эти обе сестры нежно любили друг друга. Между ними было только полтора года разницы, что, естественно, их сближало. Их звали «большие», тогда как Марию Николаевну и Анастасию Николаевну продолжали звать «маленькие». Татьяна Николаевна лучше всех работала. У нее были очень ловкие руки, она сама шила себе и сестрам блузки, вышивала, вязала и великолепно причесывала свою мать». «Мария Николаевна была красавицей, крупной для своего возраста. Она блистала яркими красками здоровьем: у нее были большие, чудные серые глаза. Вкусы ее были очень скромны; она была воплощенной сердечностью и добротой; сестры, может быть, немного этим пользовались и звали ее « le bon gros Toutou» (добрый толстый Туту); это прозвище ей дали за ее добродушную и немного мешковатую услужливость. Мария Николаевна была сложена из широкой кости. Она была очень сильная и меня, например, она поднимала с земли. Она была светлее Татьяны и темнее Ольги (у Ольги Николаевны волосы были коричневые с золотым оттенком, а у Марии Николаевны со светлым). У нее были очень красивые светло-серые глаза. Она была очень красивая. Она имела большой талант к рисованию и всегда рисовала. Она была нетребовательная, простая».

«Анастасия Николаевна была, наоборот, большая шалунья и не без лукавства. Она во всем быстро схватывала смешные стороны; против ее выпадов трудно было бороться. Она была баловница – недостаток, от которого она исправилась с годами. Очень ленивая, как это бывает иногда с очень способными детьми, она обладала прекрасным произношением французского языка и разыгрывала маленькие театральные сцены с настоящим талантом. Она была так весела и так умела разогнать морщины у всякого, кто был не в духе, что некоторые из окружающих стали, вспоминая прозвище, данное ее матери при английском дворе, звать ее «Sunshin» - «Солнечный луч». Анастасия Николаевна была низенькая, полная и, одна из всех, не грациозная. Она была немного светлее Марии Николаевны, но волосы ее не были волнистыми и мягкими, а прямыми и спереди несколько стояли. Ее глаза были серые, красивые, нос не имел никакой горбинки. Она была тонкая, удивительно остроумная, весьма несдержанная. Она была настоящий комик. Всех она смешила. Сама никогда не смеется. Только глаза блестят. Она играла на пианино и рисовала. Но она была с ленцой. Анастасия Николаевна всегда шалила, лазила, пряталась, смешила всех своими выходками, и усмотреть за ней было нелегко». «В общем, трудноопределимая прелесть этих четырех сестер состояла в их большой простоте, естественности, свежести и врожденной доброте».

О наследнике престола цесаревиче Алексее…

Как-то в беседе Государь сказал: «…Императрица и я решили дать наследнику имя Алексей; надо же нарушить эту линию Александров и Николаев». «Я тогда напомнил Государю, - вспоминает генерал Раух, - что имя Алексей носил один из великих собирателей земли Русской из дома Романовых, царь Алексей Михайлович, царствование которого было славно для России, на что Государь сказал: «Да, вы правы; я же, со своей стороны, желаю лишь одного, это – чтобы наследник дал России в лице своего сына второго Петра Великого».

Англичанин Сидней Гиббс пишет об Алексее Николаевиче: «Он был веселого нрава, резвый мальчик. Он очень любил животных и имел доброе сердце. На него можно было воздействовать, действуя главным образом на его сердце. Требования мало на него действовали. Он подчинялся только императору. Он был умный мальчик, но не особенно любил книги. Мать любила его безумно. Она старалась быть с ним строгой, но не могла. Он большую часть своих желаний проводил через мать. Неприятные вещи он переносил молча, без ропота». По характеру своему цесаревич Алексей более походил на мать: «Вам будет с ним труднее справиться, чем со мной». Александре Федоровне нравилось то индивидуальное начало, которое было заложено в Алексее. Она в декабре 1916 года в одном из писем мужу писала: «У него твердая воля и своя голова». Из воспоминаний С.Я.Офросимовой: «Он был горячо привязан не только к близким ему лицам, но и к окружающим его простым служащим; никто из них не видел от него заносчивости и резкого обращения. Одним из самых больших его удовольствий было играть с детьми дядьки и быть среди простых солдат. Часто у него вырывалось восклицание: «…Когда я буду царем, не будет бедных и несчастных. Я хочу, чтобы все были счастливы». Любимой пищей царевича были щи, каша и черный хлеб, «которые едят все мои солдаты», как он всегда говорил. Ему каждый день приносили пробу щей и каши из солдатской кухни Сводного полка; цесаревич съедал все, и еще облизывал ложку. Сияя от удовольствия, он говорил: «…Вот это вкусно; не то, что наш обед». Иногда, почти ничего не кушал за царским столом, он тихонько пробирался со своей собакой к зданиям царской кухни, постучав в стекло окон, просил у поваров ломоть черного хлеба и втихомолку делил его со своей кудрявой любимицей». «…Он всегда прельщал всех своим ясным взором, решительным видом, быстрыми решениями, громким голосом и, вместе с тем, мягкостью, ласковостью и внимательным отношением ко всем и всему. Бесконечно тяжело было видеть очаровательного во всех отношениях ребенка, отличавшегося большими способностями, огромной памятью, сообразительностью не по летам и физической красотой, страдающим хроническим заболеванием, происходящим, главным образом, от малейшей неосторожности при играх».

Мать…

Из духовного дневника «Сад сердца» царицы Александра Федоровны: «Просто преступление – подавлять детскую радость и заставлять детей быть мрачными и важными. Очень скоро на их плечи лягут жизненные проблемы. Очень скоро жизнь принесет им и тревоги, и заботы, и трудности, и тяжесть ответственности. И детство нужно, по мере возможности, наполнить радостью, веселыми играми». «Родителям не следует стыдиться того, что они играют и шалят вместе с детьми. Может, именно тогда они ближе к Богу, чем когда выполняют самую важную, по их мнению, работу. Никогда не забываются песни детства. Воспоминания о них лежат под грузом заполненных лет, как зимой под снегом нежные цветы». «Просто грустно, - весной 1916 года писала Александра Федоровна государю, - больше нет маленьких детей… Такое полное одиночество – у детей при всей их любви все-таки совсем другие идеи, и они редко понимают мою точку зрения на вещи, даже самые ничтожные, - они всегда считают себя правыми, и когда я говорю им, как меня воспитали и как следует быть воспитанной, они не могут понять. Только когда я спокойно говорю с Татьяной, она понимает. Ольга всегда крайне нелюбезная по поводу всякого предложения, хотя бывает, что она, в конце концов, делает то, что я желаю. А когда я бываю, строга – она на меня дуется… Ольга все время не в духе, недовольна, что надо одеться прилично для лазарета, а не быть в форме сестры (в дни Пасхи), и надо туда идти официально; с ней все делается труднее из-за ее настроения». Из письма императрицы Александры Федоровны к Ольге: « Моя милая маленькая Ольга, Ты у нас старшая и должна показывать другим, как себя вести. Учись делать других счастливыми. Думай о себе в последнюю очередь. Будь мягкой, доброй. Никогда не веди себя грубо или резко. В манерах и речи будь настоящей леди. Будь терпелива и вежлива. Всячески помогай сестрам. Когда увидишь кого-нибудь в печали, старайся подарить солнечной улыбкой. Ты бываешь такой милой и вежливой со мной, будь такой же и с сестрами. Покажи свое любящее сердце. Прежде всего, научись любить Бога всеми силами души, и Он всегда будет с тобой. Молись Ему от всего сердца. Помни, что Он все видит и слышит. Он нежно любит Своих детей. Но они должны научиться исполнять Его волю. Твоя старая мама». «…Истинным творцом дома является мать. То, как она живет, придает дому особую атмосферу. Бог впервые приходит к детям через ее любовь. Как говорят: «Бог, чтобы стать ближе всем, создал матерей», - прекрасная мысль. Материнская любовь как бы воплощает любовь Бога. И она окружает жизнь ребенка нежностью». Из записей императрицы Александры Федоровны.

«На трудном жизненном пути родителей есть место для ребенка, где он может беззаботно разбрасывать цветы. За любовь родителей детям следует платить такой же любовью и благодарностью на протяжении всей их жизни, до конца дней. Как счастлив дом, где все – дети, родители, без единого исключения – вместе верят в Бога. В таком доме царит радость товарищества. Такой дом – преддверие Неба. В нем никогда не может быть отчуждения». Из духовного дневника «Сад сердца» царицы Александры.

Жена…

Из записей императрицы Александры Федоровны: «…Есть нечто чудесное в любви двух душ, которые воедино сливаются и которые ни единой мысли друг от друга не таят; радость и страдания, счастье и нужду переживают они вместе. И от первого поцелуя до последнего вздоха они о любви лишь поют друг другу». «Мой бесценный, да благословит и хранит тебя Господь! Никогда не забывай ту, чьи самые горячие желания и молитвы – сделать тебя счастливым». «Мне снилось, что я любима, и, проснувшись, убедилась в этом наяву и благодарила на коленях Господа. Истинная любовь – дар Божий – с каждым днем все сильнее, глубже, полнее и чище».
Из письма императрицы Александры Федоровны: «Мне досталось столько счастья, что я охотно отдала бы за него все удовольствия; они так мало значат для меня, а моя семейная жизнь так идеальна, что сполна возмещает все, в чем я не могу принять участия». Из книги Александры Федоровны «Слово о любви»: «…Жена всегда должна больше всего заботиться о том, чтобы нравиться мужу, а не кому-нибудь еще. Когда они только вдвоем, она должна выглядеть еще лучше, а не махать рукой на свою внешность, раз больше никто ее не видит». «Смысл брака в том, чтобы приносить радость. Подразумевается, что супружеская жизнь – жизнь самая счастливая, полная, чистая, богатая. Это установление Господа о совершенстве. Божественный замысел, поэтому в том, чтобы брак приносил счастье, чтобы он делал жизнь мужа, и жены более полной, чтобы ни один из них не проиграл, а оба выиграли. Если все же брак не становится счастьем и не делает жизнь богаче и полнее, то вина не в самих брачных узах; вина в людях, которые ими соединены». «Некоторые жены думают только о романтических идеалах, а повседневными своими обязанностями пренебрегают и не укрепляют этим свое семейное счастье. Часто бывает, когда самая нежная любовь погибает, а причина этого – в беспорядке, небрежности, плохом ведении домашнего хозяйства. (…) Настоящая женщина делит с мужем груз его забот. Чтобы ни случилось с мужем в течение дня, когда он входит в свой дом, он должен попасть в атмосферу любви. Жене не нужно быть ни мечтой поэта, ни красивой картонкой, ни эфемерным созданием, до которого страшно дотронуться. Нужно быть здоровой, сильной, практичной, трудолюбивой женщиной, способной выполнять семейные обязанности и отмеченной все-таки той красотой, которую дает душе высокая и благородная цель. Каждая верная жена проникается интересами мужа. Когда ему тяжело, она старается подбодрить его своим сочувствием, проявлениями своей любви. Она с энтузиазмом поддерживает все его планы. Она не груз на его ногах. Она – сила в его сердце, которая помогает ему делаться все лучше».

Размышления императрицы Александры Федоровны о жизни …

Из духовного дневника «Сад сердца»: «Даже то, что нам не нравится, мы должны делать с любовью и тщанием. И перестанем видеть, что нечто было нам неприятно. Мы должны оказывать помощь не только когда нас об этом просят, но сами искать случая помочь». (…) «Течет жизнь истинного дома иногда при ярком солнечном свете, иногда во мраке. Но, при свете или во мраке – она всегда учит нас обращаться к Небу – как к Великому Дому, в котором претворяются все наши мечты и надежды, где соединяются вновь порванные на земле узы. Во всем, что мы имеем и что делаем, нам необходимо благословение Бога. Никто, кроме Бога, не поддержит нас во время великого горя. Жизнь так хрупка, что любое расставание может оказаться вечным. Мы никогда не можем быть уверены, что у нас еще будет возможность попросить прощение за злое слово и быть прощенными». «Всем христианским добродетелям надо учиться. Сами по себе они ни к кому не приходят. Святой апостол Павел сказал: «Я научился быть довольным тем, что у меня есть» (Флп.4,11). Так и мы должны учиться прощать своих обидчиков. Должны учиться быть бескорыстными. Самое трудное, что человек должен преодолеть, - это самого себя».

Мнения современников об императрице Александры Федоровны

Из записей великой княгини Марии Павловны: «…Она была удивительно заботлива к Ники, особенно в те дни, когда на него обрушилось такое бремя. Несомненно, ее мужество спасло его. Без всякого сомнения, Аликс оставалась единственным солнечным лучом во все сгущавшемся мраки его жизни. (…) …Аликс никогда не произносила ни одного лишнего слова и никогда не допускала ни одной оплошности». Тяглева А.А., няня царских детей, писала: «Она была властна. Но она была добра и весьма доступна. К ней можно было подойти всегда, и ей можно было сказать все. Она была сердечна». Горничная Е.Н.Эрсберг подтверждала, что императрица «была властная, с сильным характером. Но для нас она была весьма доступна и простая». «Ее практичность, деловая сметка были не по нраву свите, – вспоминала одна из придвор-ных дам – Над этими качествами злопыхатели смеялись и осуждали государыню за то, что она удостаивала своей дружбой лиц, которые, по их мнению, не достойны внимания императрицы Всероссийской. Ее величество обвиняли в излишнем демократизме. Но государыня была непреклонна и никому не позволяла диктовать ей вкусы. Благотворительной ее работе приписаны эгоистические мотивы, глубокая религиозность государыни стала предметом насмешек. Сама ее национальность, от которой она с такой готовностью отрешилась, подвергалась незаслуженному осуждению. Она знала и читала все, что говорили и писали о ней. Однако, как ни пытались авторы анонимных писем очернить ее, а журналисты облить грязью, ничего не прилипало к чистой душе императрицы. Я видела, как она бледнеет, как глаза ее наполняются слезами, когда что-то особенно подлое привлекало ее внимание. Однако ее величество умела видеть сияние звезд над грязью улиц». И еще раз услышим русскую императрицу: «…Разве фамилия заставляет любить или не любить свое Отечество, быть верным своей Родине и своему государю? Дело не в фамилии, а в том, как относишься к своим обязанностям по отношению к Родине. На то, что злые люди обращают внимание не стоит. Вы слыхали: меня обвиняли, что я англичанка, теперь – я им немка. Но там…- царица показала рукой вверх…- Там знают, кто я. А это главное. Моя совесть спокойна. Я - русская. Я – православная».

Продолжение следует …